Привет всем.
Соскучился я по нормальному общению. Привычная мне атмосфера сетевой дружбы медленно вянет, ее фокус переместился на непонятных мне "одноклассников", "моикруги" и прочие "вконтактеру". Ньюс-конференции, в которых мне когда-то было уютно, тоже почти заглохли: samara.talk, например, сейчас посещают три-пять сторекашек вроде меня, да и то раз в неделю... Молодые, кажется, не видят смысла во всей этой возне: кому это надо -- писать чуть ли не страницами всякую белиберду, да кто ее читает?
А тут еще славный праздник "зимнее солнцестояние". Какой дурак назвал это солнцележание -- стоянием? Это же Самая Длинная Ночь в Году! К тому же наступила холодрыга, от заводящихся утром машин над городом облака смога, половина знакомых контор тоже лежат, а не стоят. Или стоят, но не в том возвышенном фаллическом смысле. Например, моего сына, работавшего сборщиком в немалой компьютерной фирме, сократили в числе других 18 неудачников. Звоню в свою бывшую контору -- там, чтобы не увольнять опытный персонал (ищи его потом!) -- ввели сокращенный рабочий день. Теперь они работают в две смены, но по 4 часа... Другие мои знакомые, строители, уволили всех своих рабочих, а нормировщиков-прорабов, которых терять нельзя, отправили в трехмесячный отпуск. Еще одна знакомая контора, весьма специфические трейдеры с неизменным объемом продаж, все же уволила четверых торговых агентов -- на всякий случай. Про ВАЗ рассказывать не буду, я думаю, все и так всё знают.
Ну и вот. На общем фоне мой комбинат смотрится еще более-менее неплохо: работников мы пока не сокращаем, даже зарплату тужимся выплачивать вовремя (по крайней мере, рабочим, а остальные потерпят -- сознательные). Но и это не радует: нам не платят покупатели, ну а мы, соответственно, не платим нашим поставщикам сырья -- и каких-то светлых перспектив в ближайшем будущем мне лично не видно. Что должно произойти, чтобы все снова завертелось? Не представляю. Кредиты, что ли? Да не смешите... Скорее всего, выход из кризиса будет долгим и мучительным, и еще не одно предприятие успеет рухнуть за это время.
И чем же вас порадовать на этом мрачном фоне? Разве что жизнеутверждающим рассказом на тему "Как я имел сношения со штрафстоянкой"? В общем, слушайте. Дело было так:
Началось все в среду. Нам нужно было привезти 20 тонн соевого шрота из-под [peep! -- в дальнейшем все имена и географические названия обцензурены. Считайте, из-за нежелания доставить кому-либо неприятности]. В наш самосвал добрые поставщики насыпали его чуть больше, чем надо было, и в результате суммарный вес автомобиля с грузом вышел за пределы допустимых 38 тонн, или сколько там положено -- я точно не помню. И вот на одном посту ГАИ, уже километрах в шестидесяти от моего родного [peep], опытные гайцы, проверив накладные, сказали водителю: "Ага! На 400 кг больше, чем положено!" -- и попросили у него пять тыр добровольного пожертвования. У водителя с собой было почему-то всего рублей триста, он позвонил к нам в контору -- мол, выручайте, но дожидаться нас, пока мы подъедем из [peep], гайцы не пожелали и отконвоировали наш самосвал на штрафстоянку -- тоже километров шестьдесят, но в другую сторону -- назад от точки встречи. Ближний свет, в общем.
Вечером того же дня мы узнали об этом происшествии, а в четверг утром я собрал в кассе денег, сколько их там на тот момент было (около 5 тысяч), добавил немножко своих, потом допечатал быстренько недостающие бумажки для спокойствия водителя и часов в 10 утра уже сел в нашу старенькую "семерку" и поехал выручать несчастных замерзших водителя и грузчика, которые ночевали в машине. Было еще довольно тепло и сыро, темература где-то около +1, фары моментально залепляло грязью, но днем еще так себе -- гораздо веселее стало вечером, когда мы поехали обратно.
На штраф-стоянку -- а это за столичным городом [peep], почти у Ново[peep], я приехал через три часа. Встретил водителя и грузчика, передал им привет с родины и сосиски в тесте. Они мне объяснили, куда надо ехать, чтобы выручить машину: обратно в областной центр [peep], в какой-то Кривой переулок дом 1. Районное ГАИ, оно ж не в районном городке должно быть, логично? Нашел я кое-как этот переулок, но начальника на месте нет. Уже нет или еще нет. Ну, бывает: не вернулся человек после обеда (а время уже около двух). Уговорил я его заместительницу в чине майора разобраться с нашей машиной. Она помурыжила нас как следует, ну да понятно -- это входит в ритуал наказания, -- потом милостиво выписала штраф на водителя -- 2.500 р. за перегруз, приказала мне заодно оплатить все его старые штрафы (еще несколько сот рублей). Слава прогрессу: в фойе районной гаёвни стоит терминал ВКБ, который охотно жрет деньги и выдает взамен квитанции об оплате штрафов. Правда, сдачи не дает, гад... И к каждому платежу еще свои тридцать рублей добавляет. За своевременный сервис.
Оплатил. Взял квитанции. Снова подхожу к усталой майорше. Она показывает мне кодекс, статья такая-то, пункт такой-то: водителя необходимо наказать на 2.500 р., административное лицо, допустившее безобразие -- на 15-20 тыр, а само предприятие -- на 400 тыр... Мысленно представляю лицо моего генерального директора, которому я привезу этакий подарок, и спрашиваю тетеньку-майора: а иначе никак нельзя? Осознал, мол, больше никогда не допущу, это со мной впервые, и все такое прочее.
Да моооожно, -- отвечает. Вы, говорит, я же ясно вижу, совсем не злостный нарушитель. А мы, говорит, план по штрафам уже выполнили, а вот магазин у нас тут недалеко. Купите, говорит, товарищ замдиректора, нам всяких женских радостей, и приходите снова. Я радостно сбегал по мокрому снегу в магазин (а уже холодает, сыплется снег, ложится на грязь, все вокруг очень красиво, но страшно скользко), купил тортики-чай-кофе-конфеты, получилось где-то на [peep] рублей, и принес этот пакетик тетеньке.
Она величаво меня прощает и на обороте протокола о задержании автомобиля пишет: ОТПУСТИТЬ. Подпись. Печать. И добавляет на прощанье, что за первые сутки на штраф-стоянке платить не надо, а если кому-то там это не понравится -- пусть ей звонят, она объяснит.
Снова едем за город на штраф-стоянку. Время уже около 16, смеркается. Охранник на стоянке, не имеющий, между прочим, никакого отношения ни к ГАИ, ни к штрафстоянке (которая МУП), просто дедок сотрудник ЧОПа, говорит нам удивленно: "Как это -- бесплатно?! Мы отсюда никого бесплатно не отпускаем!"
Хоть разговаривать с охранником и бессмысленно, вкратце рассказываю ему о недавних изменениях в законодательстве, потом иду в бухгалтерию этого самого МУП "Штрафстоянка" и кланяюсь тетенькам: "Сами-то мы не местные, а строгие гайцы все денежки отобрали, так что осталось у меня только на обратную дорогу, на бензин. Отдайте нам пожалусто наш самосвал, а? Вы там, черт с вами, насчитайте уж за его хранение сколько хотите, хоть это и не правильно -- мне об этом щас тетенька в ГАИ сказала, -- а я вам свой паспорт в залог оставлю и завтра денег привезу, сколько скажете. Только машину сегодня выпустите, а? Там же бесценный шрот отсыреет, меня за это сразу расстреляют, а вас засудят, если он прокиснет..." Тетки похихикали, от всей души насчитали 849 рублей, забрали мой паспорт и сказали, что все свободны. Вы, говорят, там скажите охраннику, что все ОК, а если он не поверит -- пусть нам сюда позвонит.
Выхожу, сообщаю охраннику радостную весть, что обо всем договорился с тетеньками, и что завтра с утра вернусь уже с деньгами. Он разрешает водителю идти греть машину. А время уже полпятого. Где-то через 10 минут вся бухгалтерия МУПа выходит строем, садится в служебный автобус и дружно уезжает по домам. Однако мы выехать за ними не успеваем, потому что этот престарелый поц в защитной телогрейке сразу же после отъезда бухгалтерии быстренько звонит своему начальнику и докладывает: "Семен Семеныч, тут нарушители пытаются без оплаты уехать!.. Что?.. Понял!.. Есть не пущать!"
Я просто опешил. Не сразу нашлись цензурные слова. Да вообще слова нашлись не сразу... "Что ж ты, нехороший человек, делаешь, а?! Мы ж договорились?!" -- говорю. "А я чо... я ничо... мне как мой директор скажет, я так и сделаю, а тетки в бухгалтерии мне ваще не указ, они работают в МУПе, а я в ЧОПе". Ну а мы в жоппе, соответственно.
Поругавшись от души (но без толку) по телефону с его директором, все равно глушим и запираем КамАЗ, садимся в "семерку" и уезжаем домой. Директор непоколебим: со стоянки я выпускаю, только увидев две бумажки: протокол с надписью "отпустить" и корешок с надписью "оплачено", все, разговор окончен. Но это еще не конец первой серии.
Стемнело. Подмораживает. Фары залепляет моментально, каждые 15 минут выхожу их протирать. На полдороге от стартера открутилась какая-то гайка и отвалился какой-то проводок, в результате всё электричество в машине пропало начисто. Долго пытаемся в темноте наощупь приладить на место проводок. Сначала руги обжигает раскаленный выпускной коллектор, потом он их уже приятно греет, но проводок не прилепляется все равно. Помогает нам какой-то добрый карлик, вышедший из домика автозаправки (у него рука оказалась вдвое тоньше, чем грабля моего водителя. А ). В общем, в восемь часов вечера мы наконец-то дома.
День второй, утро. "Семерку" реанимировать некогда, мне вручают новую "Шниву" и благославляют на ратный труд. Я долго ищу, где включается ближний свет, потом выясняется, что он не горит на неподвижной машине. Ну, ваще... Сознаю свою отсталость. Опять собираю денег в конторе (в кассе денег почти нет, поэтому отнимаю пять тыщ у коллеги), гружу своих похмельных идиотов -- водителя и грузчика (они вчера, пока я вез их домой в промерзлой "семерке", высосали бутылку водки"), и мы дружно едем обратно. По пути заезжаем в контору, отгрузившую нам так щедро шрота, и уговариваем их выдать нам фиктивную накладную на полторы тонны меньше (да, вот такая я сволочь!) -- чтобы уже доехать домой без приключений и повторно не попасть гайцам в лапы. Часов в одиннадцать приезжаем на штраф-стоянку, плюем в лицо вчерашнему охраннику и идем в бухгалтерию. Здрасте, говорю, тетеньки, вот вам деньги, где там мой паспорт? "А вы мало даете, -- говорят тетеньки. Вы ж еще ночь у нас стояли?" -- "А вы откуда знаете? Да, говорю, стояли, потому что ваш нехороший охранник нас не выпустил" -- и рассказываю события вчерашнего вечера, надеясь на естественное человеческое сочувствие. "А нам -- хладнокровно говорят тетеньки -- все равно. Нам охранник сегодня утром сказал, чтобы мы пересчитали сумму за стоянку. Там же у вас еще и прицеп, оказывается? Так что с вас не 850, как вчера, а 3500 -- потому что сегодня".
"Тетеньки, а как же наша договоренность: я утром отдаю вам денег, и мы в расчете?" -- "А никак, нам что охрана говорит, то мы и считаем". -- "А это ничего, что прицеп под арестом не был? Он ни в протоколе, нигде не отмечен. Мы же не могли его с грузом за воротами оставить?" -- "А нас это не тревожит, мы ж его берегли" -- "А начальник у вас кто, охрана, что ли? Вон тот старичок из частного охранного предприятия?" -- "Да не, у нас вообще-то свой директор есть, просто у нас так заведено: охранник говорит, что и сколько, а мы только считаем" -- "Тетеньки, а вы вообще в курсе, что вы ни копейки с нас вчера не должны были требовать? И мы на законных основаниях должны были уехать отсюда еще вчера?" -- "Да что вы, как можно, без оплаты?! Вона, у нас на стенке постановление висит -- там все написано!" -- "А в ГАИ какое-то другое постановление висит на стенке, что ли?!" -- "А до нас ваше ГАИ не касаемо..."
Такой вот получился конструктивный диалог. Я наконец-то понял, что меня разводят, как последнего лоха, и что вся эта пьеса ими разыгрывается не первый раз.
"Ладно, тетки. Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Вы пока звоните своему директору, директору ЧОПа, и вообще кому угодно, зовите всех сюда -- скажите, что злые мужуки из уездного города [peep] будут тут щас с вами разбираться". И звоню в прокуратуру. Так и так, мне кажется, что у меня вымогают деньги, что посоветуете делать? Тетеньки в кабинете замерли -- они же не слышат, как на той стороне телефона зевающая девица мне отвечает: "Да откуда я знаю, сколько положено платить на штрафстоянке? У вас что -- денег нет?" -- "Есть деньги, говорю, но я их никому не отдам просто так. Подскажите телефон начальника УВД, раз уж вы такая надзорная организация, что вам лень за кем-то надзирать". Девица хихикнула и снабдила меня следующим номером.
Чтобы слегка притомить теток ожиданием, мстительно выхожу из кабинета звонить наружу, а телефонные номера пишу пальцем на грязном стекле "Шнивы". Рядом стоит и прислушивается к моим разговорам начальник ЧОПа -- похоже, ему тоже любопытно, чем дело кончится. В общем, начальник УВД г. [peep] меня переправил к своему заму, зам -- к начальнику [peep] районного отделения ГАИ, тот -- к своему заму, а тот, в свою очередь, меня спрашивает: "А вы чего хотите-то? Ну заплатите им, вам жалко, что ли?" -- "Мне не жалко, я просто хочу, чтобы все было по закону" -- "Опа. А это не вы ли то самое должностное лицо, которое мы вчера пожалели и не стали наказывать на 20 тыщ?" -- "Угу, то самое лицо, кстати, спасибо вам за доверие, я как раз сегодня прямо с утра встал на путь исправления. Все законно, надеюсь?" -- "Ну-уууу..." -- "А теперь мне в прокуратуре посоветовали, чтобы вы проконсультировали начальника ЧОПА (вот он тут рядом стоит), что он не распоряжается МУПом, и что мы должны были отсюда уехать еще вчера -- и бесплатно". -- "Это кто там рядом с вами стоит, Славка, что ли?" -- "Не знаю, как его зовут" -- "Перезвоните мне через пять минут".
Тут же у директора ЧОПа в кармане звонит мобило. Он, разговаривая вполголоса, уходит в кабинет директора МУПа. Через пять минут оттуда слышен его крик: "ДА! ПЕРВЫЕ СУТКИ -- БЕСПЛАТНО! ЗАКОНЫ НАДО ЗНАТЬ!!!" Потом Славик выходит ко мне и буркает: "Вы свободны".
Мы свободны. Тетки, охранник, ЧОП и МУП не получили ни копейки -- ибо не надо было злить меня, такого мирного и пушистого в обычной обстановке. Обратно я еду один, а КамАЗ добирается до конторы
самостоятельно -- документы в порядке (кстати, там при взвешивании оказался недогруз на полтонны! Если бы мы настояли на взвешивании, ваще бы ничего не было! Но кто же знал...). Новая "Шнива" ведет себя идеально: едет бесшумно, быстро и уверенно. Наслаждаюсь джазом, в магнитоле диск Чика Кореа. Душа поет.
А в понедельник мне снова вручают подлатанную "семерку"...
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
tired